Фанфикшн

Объявление

Этот форум создан как альтернатива рухнувшему «Фанфику по-русски». Вы можете размещать здесь свои работы и читать чужие, получать консультации и рецензии. Добро пожаловать!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Фанфикшн » "Пираты Карибского моря" » Название пока не придумалось)))


Название пока не придумалось)))

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Автор - © Elen Sparrow, 2006-2007
Название - еще не придумалось
Оригинальное произведение - х/ф "Пираты Карибского моря"
Бета-ридер - Jack Sparrow
Рейтинг - PG-13
Жанр - гм... мемуары с элементами фантазии)))
Дисклеймер - все, кроме того, что принадлежит Диснею, принадлежит нам с Джеком)))
Краткое содержание: О чем эта вещь... О любви, конечно))) Любовь, приключения и свобода... И встреча двух одиночеств, которым суждено полюбить друг друга.
Это про нас с Джеком.
_______________

Глава 1.

"Третий день без еды. В этом, скажу я вам, уважаемые, мало веселого. В этом мало веселого, даже когда лежишь на диване и осознаешь, что ты мученически худеешь, чтобы втиснуться в шикарное платье по последней лондонской моде. Но гораздо меньше веселого, если ты одна в незнакомом городе без денег и друзей, а вокруг роятся подозрительные личности, от одного взгляда на которых становится не по себе..."
Приблизительно такие мысли сейчас бродили в голове у высокой, светловолосой, очень худой и бледной девушки, которая медленно шла вдоль улицы небольшого городка. Городок этот был расположен на острове Тортуга, что в Карибском море, а любой, кто бывал в тех краях, подтвердит, что места с худшей репутацией во всем свете не найти, и слава эта заслужена.
Девушку звали Элен Скайлак, и она оказалась на острове три дня назад. За эти три дня она обошла все более-менее приличные дома и заведения в городке, предлагая услуги швеи, прачки, горничной или гувернантки, но, похоже, здесь это все было и вовсе не нужно. Несколько раз ей предлагали заработать деньги, оказав услуги совсем другого рода, и каждый раз девушка с трудом удерживалась от того, чтобы отвесить наглецу пощечину.
А сейчас голова уже почти все время кружилась от голода, и в душу начало понемногу закрадываться отчаяние...
Из открытой двери ближайшей таверны донеслись слова песенки. Пели несколько пьяных голосов, кажется, среди них были и женские:

Нет отца да матери - иди воровать,
А страшно воровать - полезай на паперть!
Есть такие девы, что торгуют телом,
Коли нету хлеба, все сгодится в дело!
Под Господним небом все мы люди – братья
А у брата взять-то, разве ж это грабить?*

Повинуясь какому-то внезапному порыву, Элен зашла в открытую дверь. Денег купить что-то у нее не было, но тут хотя бы не было дождя, который уже начинал накрапывать снаружи.
Теперь слова песни было слышно совсем хорошо:

Кто охоч до меди, тот наелся плети,
Берегись торговок и приличных леди!
За четыре пенни убили крошку Энни,
А Большому Билли руку отрубили!
Вот счастливчик Билли! Да не жалей ты руку!
Побирайся, Билли, дорог твой обрубок!
Ай да Билли умный, ай да Билли ловкий,
Знать по Билли плачет добрая веревка...*

В этот момент что-то с шумом и звоном повалилось на пол, раздались крики, женский визг и смех. Элен уже успела привыкнуть к таким вещам, и не шарахнулась, как произошло бы еще пару месяцев назад. Просто обошла веселую компанию стороной.
"Коли нету хлеба, все сгодится в дело!"... "А у брата взять-то, разве ж это грабить?"... Прилипчивые строчки против воли кружились в голове по кругу, а перед глазами опять поплыло. Облокотившись о стенку, Элен постояла с минуту, пережидая тошноту и головокружение. Если не раздобыть хоть немного еды сегодня, завтра она, пожалуй, просто не сможет этого сделать...
"Неужели здесь можно заработать только... телом?" - чуть слышно прошептала девушка, - "Нет, нет... только не это... Нет, я не буду этого делать..."
Опять грянула быстрая разудалая мелодия, громкая музыка врывалась в разум, смешивая все мысли. Какой-то молодчик попробовал заговорить с ней, но, не дождавшись реакции, отошел. В этих местах не составляло труда найти спутницу и, если одна отказывала, быстро переключались на другую.
А потом Элен поняла, что уже не просто стоит и смотрит в пространство перед собой. О да, она по-прежнему стояла и смотрела, но не просто куда-то в пустоту. Взгляд ее уперся в определенный предмет, а именно, в толстый кошель, явно набитый золотом. Кошель лежал на столе, а рядом, спиной к ней, сидел мужчина не слишком солидного телосложения, видимо, хозяин кошеля. Были видны его длинные черные  волосы, спадающие на спину из-под шляпы... Впрочем, кошель сейчас занимал мысли Элен гораздо больше, чем его хозяин.
"Вот бы мне такой... Да что там, хоть одну монетку оттуда! Наверняка, хватило бы наесться на целую неделю!"
Элен непроизвольно сделала шаг вперед.
"Но это же воровство! Ты что, воровать собралась?"
"А у брата взять-то, разве ж это грабить?"
"Что за глупости! Это воровство, грех! Ты хочешь взять чужое?"
Еще шаг.
"Я потом отдам. Узнаю, кто он, и пришлю ему украденное".
"Ты сама-то в это веришь?"
"А что мне делать? Заработать деньги, отдавшись ему на ночь? ЭТО не грех?"
Еще шаг, теперь совсем близко.
"Нет, я не смогу!"
Пальцы цепко сомкнулись на кожаном мешочке... и в ту же секунду ее руку накрыла другая рука.
Мужчина не мог ее видеть, в этом Элен была уверена твердо. Он сидел спиной и смотрел совсем в другую сторону, похоже, погруженный в свои мысли. И все-таки он ее увидел... или почувствовал? Но в любом случае, сейчас ее запястье было сжато в его ладони, и хватка была железная.
Элен в панике отпрянула, потом оглянулась. Что делать? Звать на помощь? Но любой признает ее виновной и будет прав, ведь она украсть хотела!
Элен еще раз затравленно оглянулась, но спасения было ждать неоткуда, и тогда она, наконец, посмотрела в лицо тому, кого только что попыталась лишить законного имущества. Это был молодой мужчина, с тонкими красивыми чертами лица, а глаза его... "Боже, какие у него глаза..." - пронеслось в голове у девушки, и она вдруг почувствовала, что ноги у нее подкосились, и опустилась на скамью рядом с ним. Но, как ни странно, смотрел незнакомец без злобы, скорее очень удивленно и слегка насмешливо. Впрочем... а незнакомец ли? Элен вдруг показалось, что она уже где-то видела его, только где? Вспомнить не получалось...
- Не стоит этого делать, цыпа, - усмехнулся он, блеснув золотыми зубами, - Я, знаешь ли, не очень-то люблю, когда меня обворовывают, пусть даже такие хорошенькие девушки, как ты.
Элен вдруг почувствовала, что кровь бросилась ей в лицо. Боже мой, стыд-то какой, она ведь обворовать его хотела только что!
- Простите... - только и смогла выдавить девушка, но взгляд не опустила, его глаза просто притягивали к себе, завораживали... Она хотела сказать, еще что-то, но тут слово взял желудок - заурчал так громко, что, наверное, было слышно на другом конце зала.
Такого позора Элен не терпела еще никогда. Хотелось провалиться сквозь землю, или упасть в обморок - что угодно, только бы оказаться подальше отсюда и ничего не чувствовать!
Впрочем, во взгляде незнакомца злобы по-прежнему не было, до и насмешки, как ни странно, стало поменьше. Скорее появилось какое-то сочувствие.
- Цыпа, ты когда в последний раз ела? - вдруг спросил он.
- Я.. три дня назад... - от изумления Элен сказала правду, а потом машинально добавила, - Даст Бог, не в последний...
- Ага... - тот словно прикинул что-то, а потом, просияв, объявил, - Тогда мы это сейчас исправим!
Элен только рот открыла, да так и не смогла ничего сказать.
__________________

* - использованы стихи Елены Ханпира (Миришь) "Песни Черни"

2

Глава 2.

Не заладилось в этот раз плавание. С самого начала наперекосяк пошло. Да что там... Джек совсем не любил публично признавать, что что-либо идет не так, как хотелось бы, но самому-то себе он мог сказать – все идет не так. И дело тут не в скудной добыче, военных на хвосте или бывшем хозяине, все еще не оставившем надежды его вернуть. Тут было что-то более важное, такое, о чем и думать-то не хотелось, проще было залить такие мысли ромом. Вот только бесконечно пить нельзя, а мысли возвращаются, и с каждым разом все неприятнее.
Все не так.
Бекетт, этот мерзавец, прикрывавшийся полномочиями Ост-Индийской компании, когда-то сказал ему:
«Ты погибнешь. Твоя судьба – найти свое место в изменившемся мире, или покинуть его. От моей руки или чьей другой... А может, просто повесишься на вожжах в конюшне, а? Вылакав предварительно весь ром в ближайшей портовой дыре? Но ты не сможешь найти свое место в жизни, такие как ты, не меняются, когда меняется мир вокруг».
Тогда не было желания прислушиваться к его словам, тем более что произносил он свою речь, раскаляя над огнем клеймо... то самое, в виде буквы «Р»... Даже сейчас правая рука зачесалась при одном воспоминании об этом.
Но почему же сейчас его слова вспоминаются все чаще?
Джек раздраженно скривился и прошелся вдоль борта Жемчужины. Матросы, уловив настроение капитана, старались не попадаться лишний раз на пути.
Кому он нужен в этом мире? Ведь, наверное, это необходимо – быть нужным кому-то? Он всегда считал, что ему нужна только свобода... Но получил ли он ее? Или то, что он считал свободой, на деле оказалось одиночеством?
Да, теперь у него был корабль... команда... Джек усмехнулся.
Больше половины из них считают его чокнутым, и пришли сюда только потому, что на Жемчужине, в отличие от большинства других кораблей, нет телесных наказаний. Но все они недовольны, что добыча небогатая, а «порядочного грабежа», как они это называют, считай, что и нет совсем. Нужен ли он им? Расстроятся ли они, если с ним что-то случится, если он исчезнет? Будет ли хоть кто-то скучать по нему?
Джек опять невесело усмехнулся. Похоже, ему известен ответ на этот вопрос, и оттого что этот ответ ему не нравится, он не перестает быть правдивым.
Но вскоре от этих мыслей пришлось отвлечься. Когда корабль подходит к суше, тут не до праздных размышлений, только успевай приказы отдавать, а сейчас Жемчужина входила в бухту Тортуги.
Последний свободный порт на Карибском море, оплот пиратов, контрабандистов, мошенников и авантюристов всех мастей. Казалось, этот городок постоянно живет в состоянии какого-то безумного веселья, часто переходящего рамки приличий. Да оно было и понятно, большинство из тех, кто здесь обретался, не были уверены, чем их встретит завтрашний день, да и встретит ли вообще, а потому торопились прожить сегодняшний так, чтобы было что вспомнить.
Джек всегда любил Тортугу за это ощущение бесшабашного веселья и какой-то простоты бытия. Здесь, как нигде больше, можно было расслабиться и забыть обо всем. Однако последнее время он с удивление стал замечать, что здешние порядки все чаще не веселят, а утомляют его. Раз за разом Джек ловил себя на мысли, что хочется просто посидеть за столиком в одиночестве, а то и подняться наверх, проигнорировав и хмельных собутыльников, и веселых девиц.
Он достал кошель, намереваясь что-то заказать, да так и забыл, погрузившись в раздумья. Наверняка, те, кто сейчас его видели, были уверены, что капитан Воробей затевает очередную авантюру. Сильно бы они удивились, узнав, что за мысли в действительности владели им.
Внезапное и неприятное, словно ушат холодной воды, ощущение мгновенно вывело Джека из задумчивости - за спиной у него кто-то стоял. Никак не показав, что почувствовал это, Джек внутренне подобрался, готовый отразить нападение. Иллюзий насчет того, что может означать такое присутствие неизвестного за спиной, Джек не питал - слишком много было на этом свете людей, которые желали бы видеть его если не в могиле, то точно в цепях у столба для наказаний.
Поэтому первым чувством, которое Джек испытал, когда понял, что злоумышленник нацелился не на него, а всего лишь на его кошелек, стало огромное облегчение. А потом, когда воришкой оказалась юная и вусмерть перепуганная девушка, совсем не похожая на кого-то из местных - удивление. А уж когда девушка, вместо того, чтобы выхватить ножик, либо начать заигрывать, как поступило бы большинство здешних красоток, вдруг покраснела и стала извиняться, капитан с трудом удержался от того, чтобы ущипнуть себя. Вряд ли кто-то из тех, кто сейчас был в этом зале, помнили, что такое вообще - стыд.
Джек внимательнее пригляделся к девушке. Щеки ее пылали, а губы, хоть и упрямо сжатые, дрожали, похоже было, что она вот-вот расплачется.
И глаза...  Джек сам не мог понять, почему, заглянув в них, уже не смог отвести взгляд. Может быть, потому что в них он не увидел того, что последнее время привык ловить во взглядах окружающих: презрения, высокомерия, желания использовать тебя или просто над тобой посмеяться... Но в ее глазах было что-то совсем другое. Неуловимое, и в то же время странно знакомое. Словно именно эти глаза он искал столько лет, их высматривал в толпе в каждом городке, их видел ночами во сне, о них думал, когда тьма сгущалась над головой, и надежда почти пропадала.
Потому что их... их он видел тогда... на площади...
На мгновение картина из прошлого встала у Джека перед глазами, и он словно опять оказался там, среди равнодушной и злорадствующей толпы, пришедшей насладиться кровавым зрелищем. Сорок ударов кнутом, не так и много, но тамошний палач знал свое дело. Уже после первого десятка хотелось кричать и выть, и нужно было хоть что-то, чтобы держаться, какая-то поддержка, хотя бы словом или взглядом.
Джек скользил глазами по толпе, выискивая хоть одно лицо, на котором были бы не равнодушие, злоба или злорадное любопытство, а сочувствие и сострадание. Но не было ни одного, ни одного...
И тогда он увидел ее. Он запомнил ее силуэт, высокая, кажется, светловолосая... Черты лица не сохранились в памяти, только ее глаза, только взгляд.
Глаза ее были полны такого тепла и сострадания, что Джеку показалось – она не взгляд, она руку ему протянула, открытой ладонью от самого сердца. Джек ухватился за этот взгляд и уже не отпускал его. Боль не стала меньше, но теперь были силы терпеть ее до тех пор, пока она не превысила все возможные пределы, и сознание не ускользнуло куда-то в душную темноту.
Когда Джек пришел в себя, лежа в какой-то канаве на краю площади, куда его отволокли после экзекуции солдаты, девушки рядом не оказалось, и во все следующие дни он ее не видел, как не искал глазами в толпе. Иногда ему даже начинало казаться, что ее и не существовало, что это было лишь порождение его бреда.
Только вот сейчас он снова смотрел в ее глаза, и почему-то был уверен, что не ошибся. Пусть сейчас в них плещется страх и недоверие, но это они, он не мог перепутать. Он просто знал, что это так. А она, похоже, его не узнала... Что ж, это и не удивительно.
Однако в следующую минуту пришлось вернуться от воспоминаний к действительности. В животе у девушки вдруг отчетливо заурчало, и слух Джека был достаточно хорош, чтобы уловить это. Кроме того, он обратил внимание на ее худобу, впалые щеки... так вот почему она решилась на воровство. Как бы эта девочка тут не оказалась, сейчас положение ее явно было бедственным, и, судя по всему, она была не из тех девушек, что могут легко заработать на Тортуге.
Что ж, первым делом надо ее накормить, а то, судя по виду, тут и до голодного обморока недалеко. А потом... Джек еще и сам не знал, что будет потом, но в одном был уверен твердо – он слишком долго искал ее, чтобы сейчас отпустить.

3

Глава 3.

Элен в изумлении смотрела на сидевшего перед ней мужчину. Он все еще держал ее запястье в своей ладони, но сейчас делал это скорее... бережно? А его темные глаза стали совершенно непроницаемыми, в них ничего невозможно было прочитать. Девушка поняла, что не понимает ничего.
«Как же он красив...» - это, совершенно неуместная сейчас мысль, заставила ее еще сильнее покраснеть, - «Элен, возьми себя в руки немедленно, слышишь? Ты должна думать, как сейчас выпутаться из этой истории! И... где же я его видела?»
- Вы... вы позовете стражу? Скажете им, что я хотела сделать? – тихо спросила Элен. На миг в черных глазах ее собеседника промелькнуло какое-то чувство, а именно безмерное удивление, а потом он от души расхохотался.
- О нет, цыпа, не думаю, что мне придет в голову сделать что-то подобное! – сейчас в глазах его плясали веселые искорки, - Не говоря уже о том, что не так-то просто найти здесь кого-то, смахивающего на стража порядка.
- Что же вы собираетесь делать со мной? – Элен посмотрела ему в глаза, - Я... я ведь хотела...
- Обокрасть меня? Ну что ж, мне, как пирату, такое желание понятно как нельзя лучше, - совершенно невозможно было понять, говорит он серьезно или шутит.
- Вы пират? – Элен еще раз окинула его взглядом. Ее собеседник был вооружен саблей и пистолетом, одежда его, когда-то довольно элегантная, сейчас заметно поизносилась, а на голове красовалась сильно потертая кожаная шляпа, под которой была видна повязка, какую моряки носят от солнца. Да, и, конечно, огромное количество различных украшений – в волосах, на руках, на шее, на поясе... даже заплетенная в две косички бородка была украшена бусинами. Элен не смогла сдержать слабую улыбку, выглядело все это довольно забавно, но она неожиданно поняла, что ей очень нравится.
Вот только в ее представлении, вид у пирата должен был быть более... зверский, что ли? Хотя, разве она много общалась с пиратами?
- О, простите мою оплошность, леди, я забыл представиться! Капитан Джек Воробей, к вашим услугам, сеньорита, - свободной рукой он приподнял шляпу и изобразил легкий поклон.
Теперь вежливость требовала от Элен назвать себя, и она произнесла:
- Элен... Элен Скайлак, - а потом добавила неуверенно, - Знаете... я слышала о вас.
- О, вы обо мне слышали? – рассмеялся Джек, - Интересно было бы узнать, что именно? Элен...
Девушке показалось, что на какой-то миг мысли его унеслись далеко, но в следующее мгновение он опять улыбался:
- Рад знакомству, цыпа!
- Но все-таки, что вы собираетесь делать? – похоже было, что пират не держит на нее зла, но неужели он просто так отпустит ее, после того, как она чуть не лишила его целого кошеля с золотом?
- Вопрос, без сомнения, своевременный, - прищурился Джек, - Сейчас я собираюсь отметить наше знакомство. Надеюсь, вы не откажетесь разделить со мной ужин?
- Ужин? – о да, это было именно то, о чем она мечтала эти дни. Просто немного еды... желудок на мгновение пронзило такой болью, что пришлось изо всех сил впиться ногтями в ладони, чтобы не показать виду.
Но почему он вдруг решил накормить ее ужином? С чего бы такая доброта по отношению к той, что чуть не обокрала тебя, да еще и со стороны пирата? Разгадка пришла быстро. Конечно, он принял ее за одну из местных, да и нельзя его в этом винить. А как здешние девушки расплачиваются за оказанные им знаки внимания, Элен представляла вполне ясно.
Нет... нет, что бы ни было, она не станет этого делать.
Элен выпрямилась и придала лицу самое холодное выражение, на какое была способна.
- К сожалению, я вынуждена ответить отказом. Боюсь... боюсь, мне нечем будет вам отплатить.
Она ожидала, что сейчас он посмеется над ней, или начнет настаивать на своем предложении, но вместо этого он просто посмотрел долгим взглядом ей в глаза, и взгляд этот был очень серьезным и внимательным.
- Цыпа... Элен, я даю слово, что не имел в виду ничего дурного, когда предложил разделить со мной ужин. Я... – он чуть улыбнулся, - Я просто пират, в кои-то веки сошедший на берег с кое-какими деньгами в кармане, могу я угостить понравившуюся мне девушку? Я не попрошу никакой платы взамен, даю слово... слово пирата, - он опять улыбнулся, но взгляд остался серьезным.
Элен колебалась, глядя на него. Внезапно она поймала себя на мысли, что хочет поверить, хочет ему довериться. Потому что этот взгляд... она уже видела его... видела...
...Заполненная разномастным людом площадь небольшого городка на Гиати. Она никогда не любила подобные зрелища, но хозяйка, у которой Элен в ту пору служила горничной, считала иначе. Прислуга должна сопровождать госпожу, и Элен волей-неволей пришлось присутствовать при этом ужасном зрелище – публичной экзекуции.
Она прослушала, за что человеку, стоявшему на деревянном помосте, предстоит вытерпеть наказание, только цифру уловила – сорок ударов кнутом, и вздрогнула невольно. Неужели он заслужил это?
Элен подняла голову и посмотрела на стоявшего на помосте. Молодой невысокий мужчина с длинными черными волосами. С него сорвали рубашку, и стало видно, что все тело его покрыто шрамами разной степени давности.
- Никто не заслуживает такого, - невольно прошептала девушка.
А потом это началось.
Девушка хотела отвести взгляд и не смотреть, и – не смогла. Возникло странное чувство, что этим она предаст его, оставит один на один с болью. Он не кричал, даже пробовал что-то говорить поначалу, но она знала, чувствовала, как ему больно. Откуда знала? Сейчас таких мыслей не было. Просто – знала.
И он почувствовал ее взгляд, подняв голову, поймал его, и уже не отводил глаза.
Элен не могла бы сказать, сколько это продолжалось. Мыслей в голове не было, было только одно желание – помочь ему, облегчить его боль.
Никто не заслуживает такого.
А потом она почувствовала, что кто-то настойчиво теребит ее за рукав и тянет куда-то. Это хозяйка, которой наскучило зрелище, нетерпеливо понукала девушку следовать за собой. Элен в последний раз обернулась на наказуемого, который как раз в этот момент обвис на веревках, видимо, потеряв сознание, и вынуждена была последовать за госпожой.
Когда Элен смогла вернуться на площадь, того человека там уже не было, и никто ничего не знал о его дальнейшей судьбе.
Постепенно черты его лица стерлись из памяти, остался только взгляд... Взгляд, который она сейчас видела, устремленным на себя.
«Неужели это он? Значит, он все-таки остался жив тогда... с ним все в порядке!» - Элен и сама не ожидала, что это открытие подарит ей такую радость. Но он, конечно, не помнит ее, да и странно было бы, если бы он запомнил лицо в толпе, да еще в такой момент...
- Я верю... – Элен сама удивилась, услышав, как произнесла эти слова, секунду назад она могла поклясться, что не собирается говорить ничего подобного. Но губы, словно сами собой, продолжали, - Я верю вам... И принимаю приглашение.
Она вдруг поняла, что он больше не сжимает запястье, а просто держит ее руку в своей. Услышав ее слова, Джек улыбнулся, и улыбка получилась удивительно теплой.
- В таком случае... – начал он, но что должно было в таком случае произойти, никому не было дано узнать, потому что его следующие слова потонули в страшном свисте и грохоте – со стороны порта раздались пушечные залпы!

4

Глава 4.

Когда раздались пушечные залпы, в таверне началось что-то невообразимое - мужчины, большинство из которых были моряками, а точнее - пиратами, бросились к двери, на ходу доставая оружие, женщины визжали и метались по залу, а хозяин и его слуги безуспешно пытались задержать хоть кого-то и заставить расплатиться за съеденное и выпитое.
В первый момент Джек вскочил на ноги. Жемчужина! Она сейчас там, в порту, откуда доносятся выстрелы! Но тут же другая мысль перебила первую - Элен!
Девушка осталась сидеть на месте, только испуганно озиралась, явно не зная, что делать. Джек опять взял ее за руку, и Элен подняла на него перепуганные глаза.
- У тебя есть здесь кто-нибудь? Друзья, родственники? - чтобы перекрыть общий шум, пришлось повысить голос. Джек был уверен, что у нее здесь никого нет, но все-таки стоило спросить.
- Нет, я одна! - помотала головой она.
- Я так и думал... Тогда держись возле меня, ясно? - не дожидаясь кивка Элен, он схватил ее за руку и потащил к выходу из таверны.
- Надо убираться отсюда. В порту стоит мой корабль, главное, добраться туда! - когда они выскочили на улицу, Джек обернулся к Элен, - Умеешь стрелять? Возьми это.
В руке у девушки оказался заряженный пистолет, Элен обалдело посмотрела на него. Вообще-то стрелять она умела, но слишком уж много всего произошло одновременно, а голодный желудок далеко не способствовал мыслительному процессу, и потому сейчас она с трудом соображала, что от нее хотят.
Джек взял саблю в правую руку, а из левой не выпускал ладонь Элен. От порта, до которого было совсем близко, доносились пушечные залпы и крики, потом что-то, по всей видимости, бочки с порохом, взорвалось, да так, что ударную волну почувствовали даже Элен и Джек.
- Джек, ты уверен, что нам нужно именно туда? - спросила Элен, перекрикивая общий шум. По чести сказать, ей сейчас хотелось оказаться как можно дальше от порта.
- Уверен, цыпа! Я капитан, и не могу бросить свой корабль! - на мгновение он приостановился и оглянулся на Элен, - Не бойся, с тобой ничего не случится. Я обещаю.
Элен и сама не могла объяснить, почему поверила ему.
Когда они подбежали к докам, стало видно, что же происходит. Посреди бухты стоял огромный, хорошо вооруженный корабль, именно он и обстреливал сейчас берег Тортуги. Элен этот парусник напомнил Разящий, который она видела, когда была в Порт Рояле, вот только разящий был военным английским кораблем, а у того корабля, что она видела сейчас, никакого флага не было.
Впрочем, дела у нападавших шли не так уж хорошо - их яростно обстреливали и с берега, и с нескольких кораблей, успевших поставить паруса и развернуться нужным образом.
Жемчужина стояла у причала, полностью готовая к отплытию. Джек буквально бегом взбежал на борт, лишь оглянувшись, чтобы убедиться, что Элен следует за ним.
На палубе он первым делом отыскал боцмана Гиббса:
- Что с кораблем?
- Порядок, кэп! - прозвучал очередной залп и все инстинктивно пригнулись, но, к счастью, на этот раз был недолет, - Несколько раз задело, но ничего серьезного!
- Команда?
- Все уже на борту!
- Подготовьте пушки! - скомандовал Джек, а потом обернулся к Элен, - Как ты? Все в порядке?
Девушка кивнула и вздрогнула от очередного выстрела. Ядро упало рядом с бортом, корабль качнуло. Выругавшись сквозь зубы, Джек схватил ее за руку и потащил в свою каюту.
- Сиди здесь и никуда не выходи, понятно?
Элен неуверенно кивнула.
- Я не услышал ответ.
- Да, понятно... Я буду сидеть здесь...
- Вот так, - кивнул Джек, - И не бойся, все будет в порядке, этой посудине ничего с нами не сделать.
С этими словами он захлопнул дверь каюты и поспешил вернулся на палубу. Здесь все было по-прежнему, разве что перевес понемногу переходил к оборонявшимся, а залпы с нападавшего корабля раздавались все реже. Жемчужине тоже вела обстрел нападавших, подарив им несколько пробоин в борту.
Похоже, наступил момент, чтобы подойти к ним и, взяв на абордаж, порасспросить, кто они такие и чего пытались добиться своей вылазкой.
Видимо, эта мысль пришла капитанам всех кораблей одновременно, потому что сразу три судна двинулись к неизвестному кораблю. Однако и его команда не спала, потому что в следующие несколько минут на нем резво поставили паруса, и корабль пришел в движение, направляясь к выходу из бухты.
- Кэп, что будем делать? – спросил Гиббс, обращаясь к Джеку, - Прикажете ставить паруса?
Но Джек молчал и лишь, прищурившись, пристально следил за происходящим. Вскоре стало ясно, что погоня не увенчается успехом, корабль недавних нападавших покидал бухту первым, и никто из преследователей не мог сравниться с ним по быстроходности. У берегов Тортуги сейчас был только один корабль, которому было по силам выиграть эту гонку – Черная Жемчужина, но ее капитан молчал, словно не замечая устремленных на него взглядов команды.
Еще с минуту Джек смотрел в ту сторону, куда скрылся корабль, а потом резко встряхнулся и обернулся к Гиббсу.
- Мы уходим. Ставьте паруса, живо!
- А какой курс? Мы пойдем за ними? – уточнил боцман.
- Мистер Гиббс, мы уходим в сторону, противоположную той, куда направились эти ребята. И поторопитесь, вовсе не обязательно дожидаться ночи!
С этими словами Джек развернулся и пошел на мостик, давая понять, что разговор окончен. Было понятно, что многим сейчас, в запале схватки, хочется броситься в погоню и взять на абордаж наглецов, решивших обстрелять пиратский порт. Но Джек понимал и другое – это нападение на Тортугу с одним, пусть и хорошо вооруженным кораблем, заранее было обречено на провал, это ясно любому. А, значит, цель у них была другая. Какая? Вот в этом-то и весь вопрос... Подойти к Тортуге, обстрелять причал и отойти назад... не ловушка ли это?
Джек подергал себя за одну из трех сережек в левом ухе, что обычно делал при глубокой задумчивости. Было еще одно обстоятельство, о котором он пока не собирался рассказывать кому-либо. Он узнал этот корабль. С флагом или без, но он узнал бы его из сотни других...
- Живее! Шевелитесь, бездельники!!! - опять прикрикнул он на команду, - Все по местам!
Стоило уйти отсюда, и чем быстрее, тем лучше.

5

Глава 5.

Оставшись одна в каюте, Элен некоторое время просто стояла в оцепенении. Слишком уж много всего случилось за последний час: впервые в жизни она решилась на воровство, тут же была поймана за руку, потом встретила человека, который... Тут мысли почему-то смешались и съехали в какую-то совершенно незапланированную сторону.
Из задумчивости ее вывело то, что палуба в очередной раз качнулась под ногами – видимо, бой все еще продолжался.
- Да, Элен, на сражающемся пиратском корабле тебе бывать точно еще не приходилось... – тихо пробормотала девушка. Она часто говорила сама с собой, когда волновалась, это помогало немного успокоиться. Элен огляделась.
Еще не стемнело, и сквозь стекла иллюминаторов в каюту пробивался неяркий свет. Сама каюта была довольно просторной, но казалась небольшой из-за обилия разнообразных вещей, находившихся в ней. И чего тут только не было!
Центральное место занимал внушительных размеров письменный стол, заваленный картами и другими бумагами, среди которых Элен с изумлением заметила листки с нотами. Тут же лежали чертежные принадлежности, и стояла початая бутылка рома. Кроме того, на нем же нашлось место нескольким статуэткам, каким-то небольшим предметам, назначения которых Элен понять не смогла, а на самом краю опасно пристроилась чашка с засохшими остатками кофе. Элен переставила чашку ближе к середине и продолжила осмотр.
В одну из стен – Элен припомнила, что на корабле они, кажется, называются переборками, - была вделана неширокая койка, сейчас не слишком аккуратно застеленная покрывалом. Поверх покрывала были беспорядочно набросаны несколько шелковых подушек. Рядом стоял большой рундук и что-то вроде комода со множеством выдвижных ящиков. Над комодом висели настенные часы, тускловатое зеркало и несколько небольших картин, изображавших море и корабли. Картины были очень красивые, и Элен невольно залюбовалась.
А потом начинались полки, и на них... Элен не слишком в этом разбиралась, но ей показалось, что тут собраны безделушки, статуэтки, украшения и прочие интересные вещицы со всего мира. В большинстве из них угадывались восточные мотивы, хотя девушка и не смогла бы с уверенностью сказать, из какой они страны, а несколько были явно индейскими.
Впрочем, расставлены они были без всякой системы, и явно давно просили основательно стереть с них пыль. Но это Элен могла понять, она и сама совершенно не любила заниматься уборкой, и то, что ей некоторое время пришлось проработать горничной, появлению такой любви не способствовало.
Корабль опять качнуло, и одна из статуэток, стоявших близко к краю, полетела вниз. Элен едва успела, охнув, подхватить ее и водрузить на место. Но этот инцидент вернул ее мысли к тому, где она находилась сейчас. Пиратский корабль... Честно говоря, не таким она его себе представляла. Элен и сама точно не знала, каким, но не таким точно. Пиратский корабль, по общему мнению, должен быть грязным, страшным, отвратительным... А тут ничего такого не было и близко. Элен сказала бы, что эта каюта вообще не походила ни на одну, где ей прежде доводилось бывать, а бывала она и на военных кораблях, и на торговцах. Палубу корабля Элен рассмотреть не успела, не до того там было, но здесь... Здесь было очень красиво, интересно, и... девушка поняла, что в этой каюте ей по-настоящему уютно.
Впрочем, додумать эту мысль толком не получилось. Головокружение и резкая боль в желудке пришли одновременно и совершенно неожиданно. Элен попыталась добраться до койки, но ноги отказались слушаться и подкосились, а потом все погрузилось во тьму.

Когда Жемчужина устойчиво легла на курс и Тортуга осталась лишь туманным пятнышком на горизонте, Джек наконец позволил себе немного расслабиться. Погони не было, да, скорее всего, и быть не могло. Вряд ли все произошедшее затевалось исключительно ради его скромной персоны... Джек в который раз повторял это себе, но все-таки чувствовал себя тем увереннее, чем больше увеличивалось расстояние между Жемчужиной и напавшим на Тортугу кораблем.
Сойдя с мостика, он убедился, что все матросы на своих местах, а корабль не получил в недавней стычке серьезных повреждений. Еще раз бросив взгляд в сторону удаляющегося острова, Джек направился в свою каюту – стоило проверить, как себя чувствует его гостья, столько неожиданно очутившаяся на борту. Хотелось верить, что она послушалась его слов и не покидала каюту в течение этого времени.
Сначала Джеку показалась, что каюта пуста, и он уже приготовился высказать сквозь зубы все, что думает по этому поводу, но тут взгляд его упал на пол. Она лежала там, между столом и койкой. Глаза девушки были закрыты, а лицо белее мела.
Джек бросился к ней, пытаясь понять, что могло случиться здесь, в закрытой каюте? А потом, сообразив, выругал себя сквозь зубы – вот идиот, она же сказала, что не ела три дня! А он сначала гонял ее по всему городу, а потом запер тут... но что он мог поделать? Пока шел бой, сходить на камбуз не было возможности.
Еще раз высказав мирозданию все, что думает о сложившейся ситуации, Джек подхватил Элен на руки и перенес на лежанку. Неизвестно, сколько времени она уже пролежала тут без сознания, но в любом случае нужно было привести ее в чувства как можно скорее. И, несомненно, первым делом следовало ослабить тугой корсет. Джек в который раз подивился, как женщины могут добровольно соглашаться носить это пыточное приспособление?
Распустив шнуровку верхнего платья, он, не церемонясь, разрезал шнурки корсета. Кажется, после этого щеки у девушки немного порозовели, но в себя она пока не приходила. Джек несколько раз похлопал ее по щекам, потер уши, а потом решил просто оставить немного полежать. Жизнь ее явно была вне опасности, а значит, скоро она сама придет в чувство.
Только сейчас Джек почувствовал, как же он устал. С самого утра он был на ногах, но поесть толком так и не успел. А еще и это... Он невольно коснулся груди и тут же, болезненно скривившись, отдернул руку.
Капитан устало опустился на стоявший возле стола стул с резной спинкой, потом заметил стоявшую рядом бутылку.
- А вот это сейчас очень кстати, - с усмешкой пробормотал он и сделал хороший глоток. А потом покосился на лежавшую на лежанке Элен. Вроде бы, в ближайшие несколько минут она приходить в себя не собиралась.
С болезненной гримасой Джек стянул с себя камзол и жилет, а потом снял и рубаху. При этом стало видно, что на груди его с правой стороны есть две небольшие круглые раны, похоже, следы от ожогов. Выглядели они скверно, красные и воспаленные, и, судя по выражению лица Джека, сильно болели. Еще раз глянув на Элен, Джек отвернулся к столу, взял бутылку с ромом и, сжав покрепче зубы, плеснул из нее на ожоги.
Невероятным усилием воли ему удалось не заорать, но перед глазами потемнело от боли, и это отразилось на его лице. Сложно было сказать, сколько времени прошло прежде, чем боль немного отступила, и он опять стал воспринимать происходящее вокруг – минута, две, пять? Но в себя Джека привел голос, который настойчиво звал его.
Моргнув, Джек поднял взгляд и с замешательством понял, что Элен уже не лежит бесчувственно на лежанке, а сидит, придерживая на груди распущенную шнуровку платья, и испуганно на него смотрит.
- Что с вами? Вы ранены? Дайте, я посмотрю, - произнесла девушка, поднимаясь с кровати.

6

Глава 6.

Открыв глаза, Элен некоторое время пыталась понять, что произошло. Почему она лежит? И, собственно, где она лежит? Попытка повернуть голову обернулась сильным головокружением, но все-таки, переждав его, девушка приподнялась на локтях. В следующий момент пришли воспоминания – конечно, она же сейчас в каюте, на корабле! Но почему в таком виде... на кровати... Неужели все-таки в обморок свалилась?
Элен глянула на себя, тихо охнула и, вспыхнув, стянула на груди шнуровку платья. И только после этого, наконец, огляделась и поняла, что в каюте она не одна.
Джек сидел возле стола, откинувшись на спинку стула. Рубашки на нем не было и в первый момент Элен, вспомнив собственное расстегнутое платье, еще сильнее залилась краской, но тут же поняла, что подозрения ее беспочвенны и дело тут совсем в другом.
На смуглой коже капитана были отчетливо видны две небольшие круглые раны, кожа вокруг них покраснела и припухла. Сам Джек сидел, закрыв глаза, лицо его было искажено болью, он часто и судорожно дышал.
Элен приподнялась на кровати, по-прежнему придерживая платье, и позвала его.
- Джек? Джек, что с вами? Вам плохо? – она понимала, что вопрос глупый, и так видно, что плохо, но не могла придумать, что еще можно сейчас сказать.
Джек пошевелился и открыл глаза, на лице его промелькнуло удивление и даже растерянность.
- Вы ранены? Позвольте мне посмотреть, - Элен спустила ноги с кровати. Хотелось верить, что в ближайшее время головокружение не вернется. Нужно было срочно что-нибудь съесть, но она не решалась сейчас сказать Джеку об этом, ему явно и самому было нехорошо, а тут еще она со своими головокружениями...
- Со мной все в порядке, - на лицо Джека уже вернулось обычное непроницаемое выражение, и голос был спокоен, но Элен почему-то казалось, что он говорит неправду.
- Извини, цыпа, просто устал немного. А вот ты меня, признаюсь, напугала. Как ты себя чувствуешь? – быстро продолжил Джек, на лице его уже была обычная улыбка, он потянулся к рубашке. Но Элен показалось, что он намеренно пытается перевести разговор на нее, чтобы она поскорее забыла о том, что увидела.
- Я... кажется, получше, - Элен поднялась и на нетвердых еще ногах подошла к нему, - Джек, позвольте мне посмотреть. Я немного училась медицине...
- Цыпа, это лишнее. Не на что там смотреть, - Джек поспешно отвернулся и дотянулся, наконец, до рубашки, - А вот тебе нужно поесть, и не откладывая. Я сейчас схожу на камбуз а ты сиди здесь...
Все это он говорил, уже поднявшись на ноги и явно собираясь направиться к выходу, но Элен каким-то образом опять оказалась у него на пути.
- Я же вижу, что вам нехорошо! Это ожоги, да? Позвольте мне посмотреть, я, правда, немного понимаю в этом!
В глазах Джека опять на мгновение промелькнуло удивление. Окружающие вообще редко интересовались тем, что с ним и как он себя чувствует, а уж если он говорил, что все в порядке, никто и не пытался выяснить, так это или нет. Да Джек и сам никогда бы не признался, что ему плохо. За свою жизнь он успел твердо усвоить, что показать кому-нибудь свою слабость, позволить увидеть, что тебе плохо – это значит просто дать возможность ударить по наиболее больному месту. Но эта девушка... Похоже, она действительно...
Додумать эту мысль Джеку не дала сама Элен, которая уже взялась за полы его рубахи и теперь, похоже, не знала, что делать дальше – ее представления о приличиях явно не позволяли просто задрать ее.
- У вас есть что-нибудь, чтобы их обработать? Нельзя, чтобы туда попала какая-то зараза... – пробормотала она, щеки ее слегка покраснели.
Джек невольно вздрогнул, вспомнив, чем только что... обработал эти раны, которые действительно были ожогами. Память об одной недавней встрече... Конечно, ром не был вполне подходящим средством для этого, но, увы, другого здесь, на корабле, просто не было. А крепкий алкоголь обеззараживал рану и уменьшал воспаление, но боль, которой это все сопровождалось... Иногда Джек боялся, что у него просто не выдержит сердце, но другого выхода все равно не было.
Но от одного представления о том, чтобы объяснять все это стоявшей сейчас перед ним девушке, Джеку стало нехорошо. Нет, не нужно никому этого всего знать. Ни ей, ни кому-либо другому. С ним все в порядке, с ним никогда ничего не случается. Он же капитан Джек Воробей...
Джек взял Элен за плечи и бережно, но настойчиво отстранил со своего пути.
- Элен, оставайся здесь. Я сейчас схожу на камбуз и принесу тебе поесть, а ты сиди в каюте и никуда не высовывайся. Ты все поняла?
И, не дожидаясь ответа, Джек стремительно скрылся за дверью. Более всего, это напоминало бегство.

7

Глава 7.

Когда Джек скрылся за дверью, Элен еще несколько минут стояла, задумчиво глядя ему вслед. Потом она подошла к кровати и осторожно присела на краешек.
Мысли девушки были заняты произошедшим только что разговором и тем, что она увидела. Почему же он не захотел принять ее помощь? Не поверил, что она правда что-то понимает в лекарском деле? Или просто ей не доверяет?
- А с чего бы ему доверять тебе? – тихо пробормотала Элен, - Если первым делом ты у него чуть кошелек не стащила... Могу представить, какого он обо мне мнения...
Девушка опять поднялась на ноги и стала нервно ходить по каюте, она никогда не могла усидеть на месте, если волновалась или напряженно размышляла о чем-то.
А почему, собственно, ее это так волнует? Почему для нее так важно помочь ему, облегчить боль, которую он явно испытывает? И... почему для нее так важно, как этот человек... пират... к ней относится?
Элен остановилась напротив полки с безделушками и уставилась на них невидящим взглядом. Из задумчивости ее вывел неожиданно раздавшийся за спиной голос:
- Что-то понравилось, цыпа?
Девушка вздрогнула и резко обернулась.
- Я... Нет, ничего... Я ничего не взяла, правда! – ей показалось, что он и сейчас решит, что она хочет что-то украсть. Но Джек только рассмеялся и ногой захлопнул дверь каюты. Рука его были заняты оплетенной бутылью с вином и корзиной с едой.
Когда Джек подошел, Элен вдруг уловила необычный, но приятный запах – какие-то сладкие и пряные специи, восточные благовония... Она и раньше чувствовала его, но теперь, наконец, поняла, что же так пахнет – это были волосы Джека. Да и сама каюта точно пропиталась этим сладким и немного дурманящим ароматом специй и ароматических масел, только тут к нему примешивался еще запах дерева, моря и смолы – ни с чем не сравнимый аромат с йодистым привкусом и чуть заметным оттенком рома. «Наверное, именно это и называют запахом свободы», - вдруг пронеслось в голове у девушки.
- Цыпа, садись и поешь, - Джек поставил бутыль на стол, прямо поверх карты и начал доставать снедь из корзины, - Где-то у меня тут были бокалы... только пыль сдуть надо...
Элен невольно улыбнулась:
- Джек, если позволите, посудой займусь я, только скажите, где она лежит.
- Нет-нет! – он как будто даже испугался, - Лучше сиди, я сам... А то как бы на тебя что-нибудь не упало...
Элен решила не спорить и послушно села, про себя подумав, что многие вещи в этой каюте действительно выглядят неважно закрепленными... Интересно, что же здесь происходит при сильной качке?
Джек, наконец, извлек из какого-то ящика тарелки и бокалы, и поставил на стол. Элен взяла одну из тарелочек в руки и невольно залюбовалась. Это был тончайший, по всей видимости, китайский, фарфор, расписанный загадочными растениями и животными.
- Цыпа, потом рассмотришь, а сейчас поешь, - улыбнулся капитан, выкладывая на тарелку девушки копченое мясо, хлеб и овечий сыр, - Извини, у нас тут не слишком богатый выбор, но такова уж жизнь на борту...
- Спасибо! – искренне сказала Элен, с трудом удерживаясь от того, чтобы не схватить в каждую руку по куску. Нет, как бы то ни было, нельзя забывать о воспитании.
Джек тем временем наполнил и свою тарелку, а потом разлил вино по бокалам.
- А все-таки я угостил тебя ужинам, как и обещал, - заметил он, задорно улыбнувшись, и отпил из своего бокала, - За тебя, цыпа. И за наше знакомство!
Элен улыбнулась в ответ и тоже пригубила вино. Много пить на голодный желудок явно не стоило.
- Как ваш ожог? – спросила она, - Может быть, я все-таки смогу помочь?
- Элен, не стоит об этом переживать, - отмахнулся Джек, - Все уже прошло, честное слово.
Девушка с сомнением посмотрела на него.
Джек отпил еще вина и бросил на Элен внимательный взгляд.
- Насколько я понял, на Тортуге у тебя никого нет, ты не оттуда. Но если скажешь, в какой порт тебя доставить, я смогу помочь.
Вообще-то, Джеку совсем не хотелось доставлять ее куда-то, ведь если она сойдет с Жемчужины, они могут больше никогда и не увидеться... А он неожиданно поймал себя на мысли, что ему бы этого совсем не хотелось. Но, как бы то ни было, и держать ее здесь, словно в плену, нельзя.
Однако Элен не спешила с ответом.
- Я... вообще-то... я не знаю, - наконец честно призналась она, - Так получилось, что я... Я сейчас одна тут... И родственников... – она чуть было не сказала, что родственников у нее нет, но вовремя опомнилась. Элен достаточно наслушалась историй о том, как одиноких сирот похищали и продавали на невольничьих рынках, все равно их некому было искать. Ей очень хотелось верить, что сидевший сейчас напротив нее мужчина никогда так с ней не поступит, но все-таки осторожность не помешает...
- Родственники у меня есть... конечно... Просто они сейчас не здесь, поэтому... Поэтому сейчас я одна, - наконец несколько путано произнесла она, - И, в общем... для меня нет большой разницы, куда плыть. Честно говоря, не представляю, что где-то может быть хуже, чем там, откуда мы только что уплыли...
- Что ж, цыпа, в этом ты, пожалуй, права, - чуть улыбнулся Джек. Все время, пока она говорила, капитан очень внимательно наблюдал за ней, но невозможно было понять, что он думает и верит ли ее словам, - Тогда пока оставайся на борту, тем более что неизвестно, когда мы в следующий раз зайдем в порт, ну а там... по обстоятельствам, - он беспечно помахал рукой.
- Спасибо, - тихо произнесла Элен и, помолчав, добавила, - Только боюсь, что... что... отплатить за такое гостеприимство мне нечем... - она заметно покраснела.
Джек посмотрел на девушку долгим взглядом, а потом заговорил, и голос его был очень серьезным.
- Цыпа, это не пассажирское судно, и здесь не требует платы за пребывание на борту. Я либо беру кого-то на борт, либо нет. И тебе я разрешаю остаться.
Элен подняла взгляд и заглянула ему прямо в глаза.
- Почему?
Она ждала ответа, но Джек молчал. Как ни невероятно это было, но он не мог найти, что ответить, все слова вдруг разом повылетали из головы. Молчание затягивалось, и неизвестно, какой ответ Джек все-таки нашел бы в итоге, но именно в этот момент дверь каюты вдруг резко распахнулась, и в нее буквально ввалился Гиббс. Вид у него был не то, чтобы испуганный, но встревоженный и озадаченный, а это уже говорило о многом.
- Кэп, там... – начал он, - Там... В общем, я думаю, вам стоит взглянуть самому...

8

Глава 8.

Джек стремительно поднялся из-за стола и, строго сказав: «Элен, оставайся здесь!» - скрылся за дверью. Гиббс последовал за ним, предварительно бросив на Элен не слишком дружелюбный взгляд и пробормотав: «Не успела баба на корабле объявиться, как началось...».
На палубе столпилась вся команда "Жемчужины", судя по всему, даже вахты были благополучно брошены.
- А ну расступитесь! Что здесь... – начал было Джек, нахмурившись, да так и замер на полуслове.
Солнце уже почти село, лишь краешек его был по-прежнему виден над горизонтом, но все-таки еще не совсем стемнело. На небе уже зажглись самые яркие звезды, а море искрилось в закатных лучах.
А прямо по курсу корабля стояла серая стена от моря до неба.
Джеку понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что это такое. Это был туман.
Край его был вертикальный и абсолютно ровный, казалось, что на ощупь он будет твердым и чуть шершавым. Команда притихла, вместе с капитаном разглядывая препятствие, столь неожиданно возникшее прямо по курсу.
Джек повернул голову направо, потом налево - туман тянулся в обе стороны, насколько хватало взгляда. Значит, либо идти сквозь него, либо поворачивать назад. Поворачивать? Джек хмыкнул. Да с какой стати? Это просто туман. Что они, никогда в тумане не ходили?
Однако по спине пробежал предательский холодок - что-то тут было не так. Команда опять зашевелилась, послышались взволнованные шепотки.
- Кэп, что скажете? – подал голос Гиббс.
- А в чем дело? – Джек чуть отклонился назад и, прищурившись, осмотрел боцмана, а потом и остальную команду, - Я не вполне понимаю причину переполоха. Да, туман. Да, густой... даже очень густой, но всего лишь туман.
- Говорят, тут корабли пропадают... временами, - вякнул кто-то из стоявших у Джека за спиной.
- Корабли временами пропадают в любой части света, - усмехнулся тот, оглянувшись, но понять, кто именно высказался, не удалось, - Виной тому всего лишь шторма или наши коллеги-пираты, но никак не туман.
- Не стоит будить лихо, пока тихо, - пробормотал Гиббс, - Да еще эта девица на борту... Не к добру это, помяните мое слово.
- Замечательно. И что вы предлагаете? – Джек резко обернулся к нему всем корпусом, - Развернуться и идти обратно? Пока нам не встретится еще что-нибудь – шторм, или гроза, или облако какое-нибудь странное... Тогда опять поворачивать, так? Хороши же смельчаки у меня в команде! – он, прищурившись, оглядел притихших матросов.
- Мы идем вперед. Ставьте паруса, за работу, живо! – это был тот самый капитанский рык, который заставлял команду подчиняться беспрекословно в любой ситуации.
Когда матросы разбежались по местам, Джек украдкой огляделся – не смотрит ли кто? – и открыл свой компас. Хотелось быть уверенным, что направление, в котором они движутся, верное.
Стрелка задумчиво покрутилась вокруг своей оси и замерла. Изумленно приподняв брови, Джек поднял глаза, посмотрев в указанном направлении – взгляд уперся в дверь его собственной каюты. Неужели больше всего он хочет сейчас именно туда? Или... или все дело в девушке, что сейчас там была?
Досадливо дернув бровью, капитан захлопнул компас и сунул его за пояс – сейчас точно было неподходящее время для таких размышлений. "Жемчужина" уже почти подошла к стене тумана, стало заметно темнее и холоднее. Команда притихла, собравшись вдоль бортов, все напряженно смотрели вперед. Вот уже нос корабля скрылся в тумане, поглотившем огонь фонаря, вот серые влажные клубы окутали стоявших на палубе...
Джек сморгнул и огляделся. Вокруг был только туман, плотный и серый, словно хлопок, который он собирал на плантациях. Туман и тишина. Лишь легкий плеск воды о борт – и больше ни голоса, ни скрипа, ни вздоха.
- Гиббс! – окликнул Джек, но ответа не последовало, - Гиббс!! Коттон, Марти!
Ни слова в ответ. Казалось, серая влага поглощает сам звук голоса, Джеку был почти уверен, что уже в паре шагов его окрик не услышат. Туман был таким густым, что Джек не видел даже своих ног, но все-таки чувствовал под подошвами доски палубы, и это немного успокаивало.
- Ну ладно... – пробормотал он, и осторожно двинулся вперед. Нужно было найти хоть кого-то, хотя бы рулевого.
Шаг, еще шаг... где же все, черт бы их побрал! Впрочем, капитан тут же прикусил язык – момент был явно неподходящим, чтобы поминать нечисть. Вдруг впереди что-то мелькнуло, словно огонек или луч света. Джек насторожился, потом опять двинулся вперед, еще более осторожно. Огонек манил, мелькая все ближе, и, наконец, туман расступился, открыв резную деревянную дверь с ярко освещенным витражным окошком. Джек застыл, глядя на нее широко распахнутыми глазами, по спине опять пробежал холодок. И дверь, и окошко казались смутно знакомыми, словно он видел их когда-то, но в одном Джек был уверен твердо – на "Жемчужине" не было ничего похожего.
Он простоял перед дверью не меньше пяти минут, прежде чем решился взяться за ручку. Та открылась сразу, бесшумно, точно дожидалась его касания. Перед Джеком была ярко освещенная множеством свечей комната, посреди которой стоял письменный стол. За столом, спиной ко входу, сидел человек, когда дверь отворилась, он обернулся, и Джек Джек отшатнулся, увидев его лицо.
- Ты?!

9

Глава 9.

Когда Джек ушел, Элен несколько обиженно посмотрела ему вслед, но все-таки не решилась ослушаться и идти следом. Вместо этого она дожевала все, что было в тарелке, а потом перебралась на застеленную лежанку у переборки. Очень хотелось спать, но все-таки засыпать в чужой каюте, на чужой кровати ей казалось не вполне приличным. Но, с другой стороны, своей каюты у нее тут пока что и не было.
Зевнув, девушка облокотилась на переборку и прикрыла глаза... и тут же их широко распахнула. В щель между дверью каюты и палубой пробивались густые серые клубы.
Элен вскочила на ноги, почувствовав, как захолодело все внутри, а сердце подскочило куда-то к самому горлу. Неужели пожар?! Одна мысль об этом наполнила таким ужасом, что она застыла, не в силах пошевелиться.
Но, как ни странно, запаха гари не чувствовалось, скорее в воздухе повисла какая-то затхлая влажность, которой еще совсем недавно не было и в помине. Но серые клубы становились все гуще, они расползались по углам каюты, казалось, просачиваясь прямо сквозь стены.
Сделав над собой огромнее усилие, Элен шагнула к двери и взялась за ручку.
Дверь распахнулась в сияющий солнцем полдень среди зеленых холмов ее родины.

***

- Ты? – уже спокойнее переспросил Джек, переступая порог комнаты.
- А ты ожидал увидеть кого-то другого? – Бекетт поднялся из-за стола, насмешливо вздернув брови, - В таком случае, должен тебя уверить, что вовсе не собираюсь расставаться с тобой так скоро. Более того, наше знакомство еще в самом его начале.
Джек тряхнул головой, пытаясь собрать разбегающиеся мысли. И замер – что-то в этом движении было не так. Ничего не звякнуло в волосах, да и сами волосы... Джек поднял руку и изумленно провел ею по своей прическе – волосы оказались куда короче и были собраны сзади в хвост, да вдобавок, на них не было повязки!
Конечно, на них нет повязки... Откуда ей там взяться, я никогда не носил подобного... я... кто я?
Бекетт кивнул, и откуда-то появились еще несколько человек. Они схватили Джека за руки, но он почти не заметил это.
Я... Я капитан... капитан Джек О’Ши, один из самый молодых капитанов Ост-Индской компании...
Нет, я был капитаном... пока не потерял свой корабль. Пока этот человек не потопил его...

- Ты потопил мой корабль, - тихо произнес Джек, в упор глядя на Бекетта, - Ты отправил его на дно...
- Верно! – почти весело согласился тот, - Достойная кара за отказ сотрудничать, ты не находишь? Однако, кроме отказа, ты нанес мне и личные оскорбления, а потому кара твоя будет строже.
- Строже? – Джек непонимающе посмотрел на чиновника. Что еще можно с ним сделать? Что может быть страшнее, чем наблюдать, как твой корабль, твоя любовь и гордость, опускается в пучину, навсегда...
Твой корабль не в пучине... Джек, твой корабль цел, ты только что был на нем...
Тихий голосок на краю сознания... слишком тихий, чтобы быть услышанным.
- Да, строже, - Бекетт явно наслаждался этим моментом, своей властью и местью, - Выступив против меня, а в моем лице и против всей компании, отказавшись предоставить свой корабль для перевозки невольников, составляющих основу материального благополучия империи по эту сторону океана, ты повел себя как враг Англии, как преступник... как пират. И, как пират, будешь наказан! Мерсер!
- Да, сэр, - из темноты дальнего угла вышел человек с жестоким и отталкивающим лицом, он буквально пронзил Джека холодным взглядом бесцветных глаз.
- Все готово?
- Все готово, сэр.
Усмехнувшись, Бекетт отступил на шаг.
- Тогда приступайте!
Человек, названный Мерсером, подошел к Джеку, в руке у него был длинный железный прут с раскаленной буквой «Р» на конце. Джек отшатнулся и попытался вырваться, в душе всколыхнулось что-то... не то воспоминание о боли, не то ее предчувствие. Но его держали слишком крепко.
- Дайте мне его руку, правую, - приказал Мерсер, и один из подручных поднял руку Джека, на гладкой загорелой коже которой не было никаких отметин.
- Теперь держите его крепче.
Раскаленное докрасна железо с шипением впилось в кожу. Джек услышал чей-то отчаянный крик, и не сразу понял, что это кричит он сам. Боль волнами поднималась по руке, разливалась по всему телу, не давала дышать, заставляя сердце стучать с перебоями. Ноги подкосились и, хватая ртом воздух, он обвис на руках у охранников.
- Можете отпускать, - услышал Джек где-то над собой презрительный голос Бекетта, - Он получил то, что заслуживал. Теперь отметина о нашей встрече навсегда будет с ним.
В следующий момент Джек почувствовал, что его больше не держат, и тяжело упал на доски пола... или палубы? Перед глазами мутилась и расплывалось, но он все-таки разглядел прямо перед носом тот самый железный прут, все еще зажатый в опущенной руке Мерсера. Значит, отметина о встрече... Что ж, будет справедливо, если она останется у обоих.
В душе родилась какая-то отчаянная решимость, он знал, что именно это должен сделать сейчас, и плевать, что будет потом. Все равно, хуже быть не может...
Выбросив вперед руку, Джек рванул к себе прут, вложив в это движение все оставшиеся силы, а потом мгновенно ткнул раскаленным концом наугад куда-то в сторону голоса Бекетта. И на этом силы закончились. Джек еще успел услышать наполненный болью крик, почувствовать посыпавшиеся со всех сторон удары, а потом все вокруг поглотила душная тьма.

***

Элен не помнила, сколько времени уже идет в этом тумане, в надежде выйти хоть куда-нибудь, хоть кого-нибудь встретить. Однажды она даже присела, чтобы пощупать, что же у нее под ногами... кажется, это все-таки были доски.
Платье девушки было разорвано во многих местах, волосы растрепаны, на лице остались черные следы копоти. Она опять попыталась вспомнить и осмыслить все, что произошло после того, как она вышла за дверь каюты и оказалась... где? Элен не смогла бы ответить на этот вопрос. Перед мысленным взором проносились яркие, врезавшиеся в память картины – ясный солнечный полдень среди зеленых цветущих холмов, большой каменный дом, на пороге стоит человек и улыбается ей... а потом огонь, пожар, черные клубы дыма во все небо. И страх, сковывающий мысли, оставляющий только одно желание – бежать, немедленно, как можно дольше, бежать...
А потом этот туман, в котором она очнулась... когда? Час назад, день, год? Кто знает, сколько прошло времени?
Элен остановилась. Сколько ни иди, толку не будет, она может всю оставшуюся жизнь ходить здесь, и не встретить никого.
Но что же произошло, что она видела? Ведь это... было. С ней?
- Это мои воспоминания, - тихо произнесла девушка, - Это просто мои воспоминания. И ничего больше. Я была в своих собственных воспоминаниях. Они не властны надо мной.
Что-то изменилось. Туман все еще клубился вокруг серым облаком, но...
- Джек!
Элен бросилась вперед и упала на колени возле лежавшего на досках мужчины. Веки его были плотно сомкнуты, он то ли спал, то ли был без сознания.
- Джек, что с вами? Очнитесь, пожалуйста!
Девушка осторожно потрясла его за плечо, но он не пошевелился. На капитане не было заметно никаких видимых повреждений, но он был очень бледен. Элен еще раз попробовала разбудить его, но безрезультатно, он лишь тихо простонал что-то, но так и не открыл глаз.
Тогда Элен просто села рядом с ним и, осторожно приподняв Джека, положила его голову себе на колени. Он бережно убрала волосы с его лица, потом нежно коснулась кончиками пальцев его сомкнутых век, бровей, щек...
- Все будет хорошо, мой капитан, - тихо прошептала она, - Я нашла тебя, и теперь все будет хорошо...
Оглянувшись, девушка поняла, что туман рассеивается. Медленно, словно возникая прямо из воздуха, проступали контуры мачт с обвисшими мокрыми парусами, палубы, бортов. «Жемчужина» неспешно выходила из полосы тумана, в небе опять начали зажигаться звезды.
- Будь я проклят! – услышала Элен позади себя чей-то голос и, вздрогнув, обернулась. Рядом с ней стоял боцман и изумленно оглядывался, - Будь я проклят, если не уснул на вахте впервые в жизни!

10

Глава 10

Со всех концов палубы слышались выкрики матросов. Кто-то удивлялся, кто-то смеялся, кто-то испуганно оглядывался. Элен тоже оглянулась, да так и застыла, изумленно вскинув брови – позади корабля простиралось до самого горизонта чистое, чуть волнующееся море, освещенное с ясного небосклона почти полной луной и звездами. От стены тумана не осталось и следа, словно его там никогда и не было.
«Ну что ж», - подумала девушка, - «И без того понятно, что это не просто туман был...»
Между тем, Гиббс, пришедший в себя быстрее остальных, уже разгонял команду по вахтам, грозя отправить тех, кто будет недостаточно проворен, смолить нижнюю палубу.
Элен раздумывала, не подозвать ли боцмана, чтобы он помог перенести куда-нибудь Джека, который все еще не приходил в себя, но как раз в этот момент капитан пошевелился, а потом вдруг резко распахнул глаза. И во взгляде его было столько боли и тоски, что Элен невольно вздрогнула и испуганно уставилась на него.
Джек перевел взгляд на девушку, словно не узнавая, потом несколько раз глубоко вздохнул и, моргнув, пробормотал:
- Цыпа?.. Ты?..
- С вами все в порядке? – Элен подняла руку, словно намереваясь коснуться его щеки, но тут же, чуть покраснев, отдернула, - Я испугалась за вас...
Джек на мгновение прикрыл глаза, а когда снова распахнул, от проявленных только что чувств не осталось и следа. Взгляд его, как и прежде, стал уверенным и чуть насмешливым. Элен перевела дух – похоже, с ним и правда все было в порядке. Вот только она помнила, каким были его глаза в первый момент... Что же он увидел там, в своем прошлом?
- Испугалась за меня? – усмехнулся Джек и завозился, пытаясь подняться, - Не стоит... Что мне сделается?
Он все-таки поднялся на ноги и, как заметила Элен, внимательно за ним следившая, потер правую руку чуть ниже локтя, лицо его при этом болезненно скривилось.  Впрочем, уже в следующий момент от этой секундной слабости не осталось и следа. Заметив, что кто-то из матросов неправильно вяжет канат, Джек рванулся вперед, на ходу начиная распекать провинившегося, да так цветисто, что девушка не смогла сдержать улыбку.
Она тоже поднялась с палубы, но что делать дальше, не знала. Вокруг носились матросы, которым она явно мешала, и поминутно Элен приходилось делать шаг в сторону, а то и проворно отпрыгивать, чтобы кто-нибудь не налетел на нее.
- Мисс, вы бы ушли с палубы, а то не ровен час, покалечитесь, - послышался рядом голос Гиббса. Оглянувшись на него, Элен растерянно кивнула. Она и сама была бы рада уйти, да не знала, куда. Но тут на плечо ей легла рука.
- Мистер Гиббс, присмотрите за командой, пока я провожу леди в каюту, - по виду капитана никак нельзя было сказать, что еще четверть часа назад он лежал на палубе без чувств, - И проследите, чтобы мы следовали прежним курсом.
Элен гадала, куда ее отведут на этот раз, но, как оказалось, все в ту же каюту капитана, которую она покинула совсем недавно. На столе по-прежнему стояли остатки ужина, девушке вдруг подумалось, что, в отличие от нее, капитан почти ничего и не успел съесть.
- Извини, цыпа, но это единственная приличная каюта, куда я могу тебя сейчас определить, - Джек посмотрел на Элен почти виновато, - Завтра я посмотрю, что можно для тебя оборудовать, а пока... я все равно до утра пробуду на палубе, дел хватает, так что располагайся. Если хочешь, можешь даже запереться, тут задвижка есть. Хотя я обещаю, что на моем корабле тебя никто пальцем не тронет.
- Спасибо вам, Джек... – Элен несколько растерянно смотрела на него, - Но мне неловко... получается, что я вас из собственной каюты выгоняю...
- Глупости! – отмахнулся Джек, - Я же сказал, у меня все равно дел по горло.
- Ночью? – недоверчиво покачала головой девушка.
- Ночью корабль тоже идет. Погоди, цыпа, сейчас я...
С этими словами Джек открыл рундук, стоявший в углу каюты и, порывшись там некоторое время, извлек на свет чистые простыни. Причем, к изумлению Элен, они оказались из настоящего шелка.
- Вот, теперь все в порядке, - удовлетворенно кивнув, Джек вручил ей постельное белье, - Располагайся, будь как дома, а мне пора.
И с этими словами, не дав ей возможности что-то сказать, он выскочил за дверь каюты.

Когда Джек вышел на палубу, там уже восстановился относительный порядок. Паруса были поставлены, матросы разошлись по вахтам, а Гиббс самолично встал за штурвал.
Окинув взглядом палубу и не найдя, к чему придраться, Джек поднялся на мостик.
- Все в порядке? С курса не сбились? – спросил он боцмана.
- Так точно, кэп, идем, куда и направлялись, - доложил тот, а потом глянул на Джека, - Э... слушай, Джек... а эта девушка... ты хочешь оставить ее на борту?
- Может быть, - остро глянул на него пират, - Запомни, девушку никто из команды и пальцем тронуть не должен. Ясно? Узнаю – лично за борт отправлю!
- Но... Джек, ты что-то задумал? Зачем она здесь? – Гиббс с подозрением глянул на капитана. Но тот лишь усмехнулся, ничего не ответив.
Ночь выдалась спокойная, море серебрилось в лунном свете, и корабль, казалось, не шел по волнам, а летел над ними. Сменив Гиббса у  штурвала, Джек сам взялся за теплое, отполированное множеством рук, дерево. И корабль словно почувствовал прикосновение капитана, паруса еще сильнее выгнулись, наполняясь ветром, такелаж зазвенел – точно запел. Джек прикрыл глаза, полностью отдаваясь этому чувству единения со своим кораблем, чувству свободы и полета. Сейчас он был един с кораблем, и тот слушался малейшего поворота штурвала, точно угадывая мысли своего капитана.
Джек стоял за штурвалом до тех пор, пока на востоке не начали пробиваться первые утренние лучи. Ночь была спокойная, и в другое время можно было бы с чистой совестью отоспаться в своей каюте. Но... сегодня каюта была занята. Конечно, можно было занять какую-нибудь другую, да хоть бы и в кубрик к матросам спуститься, но, подумав, Джек решил этого не делать. Власть капитана на корабле держится на его авторитете, а для пиратского корабля это утверждение вдвойне справедливо. И не стоило подвергать этот авторитет опасности, одного бунта за жизнь более чем достаточно. Не стоит давать повод матросам зубоскалить, что девушка выгнала капитана из собственной каюты, лучше уж сделать вид, что он так и намеревался всю ночь провести за штурвалом.
Лишь когда солнце почти полностью показалось из-за моря, Джек сошел с мостика, передав штурвал вахтенному матросу. Если уж поспать не судьба, то стоило хотя бы наведаться на камбуз. Но не успел он подойти к люку, как с марсовой площадки прозвучал крик дозорного:
- Вижу корабль!
Выругавшись сквозь зубы по-испански, Джек метнулся обратно на мостик, на ходу раскладывая подзорную трубу.
Корабль шел им навстречу, пока еще он был едва различим на горизонте, но он лег на курс, а Жемчужине, при всей ее быстроходности, пришлось бы курс менять, чтобы избежать встречи. Еще раз прикинув расстояние между кораблями, Джек покачал головой. Хорошо, если это безобидный торговец или путешественник, можно будет просто отпустить их с миром и, не задерживаясь, следовать дальше своим курсом. Но если...
Джек опять поднял трубу, и пришел черед снова вспомнить самые забористые ругательства. Корабли сблизились, и теперь не оставалось сомнений – навстречу им шло судно Ост-Индской Торговой компании. И Джек бы очень удивился, если бы оно оказалось тут случайно.

Когда капитан оставил ее одну, Элен некоторое время стояла, с недоумением на лице разглядывая охапку простыней у себя в руках. А потом неожиданно рассмеялась, причем сама не смогла бы объяснить чему. Все еще продолжая посмеиваться, она перестелила постель и, подумав, скинула верхнее платье, оставшись только в тонком нижнем. После чего девушка нырнула под покрывало и, блаженно улыбнувшись, обняла мягкую подушку, хранившую в себе запах корицы и острых специй – запах волос Джека. Вскоре свеча на столе догорела, и каюта погрузилась во тьму.
Элен казалось, что она только что закрыла глаза, когда из-за двери послышались топот и крики. Недовольно скривившись, девушка открыла глаза, и тут же опять их сощурила – каюта была ярко освещена лучами восходящего солнца. Значит, уже утро, она проспала всю ночь.
Зевнув, Элен села на кровати и потерла глаза руками. Хотелось умыться, но умывального столика она в каюте не обнаружила. За водой, по всей видимости, нужно было идти на палубу, а за одно стоило проверить, что там происходит, поскольку крики и топот, похоже, только усилились. Элен даже показалось, что несколько раз она различила голос Джека.
Приоткрыв дверь каюты, Элен опасливо выглянула наружу. Она помнила, что капитан велел ей не высовываться, но... в конце концов, нужно же быть в курсе того, что происходит, сказала себе девушка.
Первым, что услышала Элен, выглянув из каюты, была зычная команда:
- Выкатить пушки! Быстрее, мистер Коттон!
Пушки? На мгновение девушка изумленно замерла, а потом выскочила на палубу. С правого борта к «Жемчужине» приближался какой-то корабль, пушечные порты его ощетинились орудиями.
- Приготовить ядра! Заряжай!
Не требовалось много времени, чтобы понять, что вот-вот начнется сражение. «И что мне делать?» - пронеслось у Элен в голове. «Сидеть в каюте и не высовываться», - тут же посоветовал внутренний голос. Совет, конечно, был дельный, но воображение у Элен уже разыгралось, и она ясно увидела, как пушечное ядро, пробивая резное дерево, влетает прямо в каюту, где она совсем одна... Элен вытерла со лба внезапно проступивший холодный пот и затравлено оглянулась. Есть ли здесь хоть какое-нибудь безопасное место?
И тут грянул залп. Взвизгнув, Элен ухватилась за ближайший канат и приготовилась к самому страшному, но, оглядевшись, поняла, что стреляла «Жемчужина». Прозвучала команда перезаряжать пушки, и в этот момент стоявшее рядом судно ответило мощным залпом. Послышался треск и крики, корабль покачнулся. «Сейчас мы пойдем ко дну», - обреченно подумала девушка, пытаясь вспомнить подходящие ко случаю молитвы, но тут прямо над ухом у нее раздался разъяренный голос Джека:
- Что ты здесь делаешь?! Элен, марш в каюту, и не смей выходить, пока я приду!
Элен открыла было рот, чтобы что-то сказать, но темные глаза капитана метали такие гневные искры, что все слова застряли у нее в горле.
- В каюту, я сказал!!! – прорычал Джек, и Элен поняла, что ноги, словно сами собой, понесли ее в указанном направлении. Лишь захлопнув дверь и привалившись к ней спиной, девушка перевела дух и обиженно пробормотала:
- И незачем так кричать...

11

Глава 11

Бриг компании был хорошо вооружен, но все-таки они не рассчитали силы, напав на «Жемчужину». Прищурившись, Джек наблюдал, как от очередного залпа его пушек корабль противника получил хороший крен. Еще один-два залпа – и пора будет идти на абордаж. Конечно, можно было просто пустить их ко дну, но... не любил Джек так поступать. Сложно было сказать, кого ему было жаль больше – команду или корабль, но, в любом случае, Джек всегда считал, что убийство – это крайняя мера в безвыходной ситуации, и, пока возможно, нужно обходиться без них.
Можно было и просто уйти, оставив поверженных врагов за кормой. Ни преследовать, ни напасть они уже не смогут. Но Джеку очень хотелось узнать, как именно эти ребята отыскали его тут, кто и почему открыл охоту на этот раз. Конечно, у него были определенные предположение на этот счет, но было бы неплохо получить им подтверждение.
Джек обернулся, чтобы отдать команду готовить абордажные крючья, но вместо этого прищурился, вглядываясь в горизонт. Внимание его привлекли какие-то странные точки. Достав подзорную трубу, Джек навел резкость, и... один, два... три корабля компании на всех парусах направлялись сюда!
Нечего было и думать вступать с ними в бой, тем более с ополовиненным запасом пушечных ядер и кое-какими повреждениями, полученными в бою.
- Ставить паруса! Разворот! Уходим!!! – заорал Джек, взлетая на мостик и отталкивая рулевого от штурвала. Возможно, конечно, корабли оказались тут случайно, но гораздо больше сложившаяся ситуация походила на ловушку, а потому стоило убраться отсюда как можно скорее. Джек подумал, что заметь он корабли чуть позже, когда команда уже пошла бы на абордаж, а корабли были намертво сцеплены – и ловушка бы захлопнулась.
Команда поначалу встретила приказ капитана недоуменными взглядами, но кто-то глазастый уже успел заприметить приближающиеся корабли, и в следующую минуту на «Жемчужине» поднимали паруса. Не обращая внимания на издевательские выкрики и насмешки со стороны корабля Компании, Джек отводил свой корабль в сторону, возвращаясь к прежнему курсу. Как бы ни спешили преследователи, в быстроходности им было с «Черной Жемчужиной» не сравнится, даже с учетом тех повреждений, которые она получила. Тем более что, как показал беглый осмотр, ничего серьезного не случилось, и с ремонтом можно было подождать до ближайшего порта, куда они сейчас и направлялись.
Джек оставался на мостике до тех пор, пока корабли преследователей не скрылись из виду, после чего, еще раз проверив курс, спустился на палубу. Только сейчас он почувствовал, что от усталости и голода ноги уже просто подкашиваются. За прошедшие двое суток не было времени ни поспать, ни нормально поесть. Однако и сейчас еще предстояло сделать много неотложного, и, прежде всего, проведать Элен, которую он столь решительно отправил в каюту. Хотелось верить, что она действительно там...
Джек подошел к двери своей каюты и, поколебавшись, все-таки постучал. Дождавшись тихого: «Войдите», - он зашел внутрь. Элен сидела за столом, но сейчас поднялась ему навстречу.
- Все в порядке? Мы их победили? – взволнованно спросила она.
Джек, не выдержав, рассмеялся, больно уж забавный вид был у перепуганной девушки.
- Ну, разумеется, цыпа! – он окинул взглядом стол и с сожалением отметил, что ничего съедобного от вчерашнего ужина не осталось. Потом Джек посмотрел на Элен и добавил уже серьезнее:
- Элен, в следующий раз не вздумай выходить на палубу во время боя! Сиди в каюте, пока все не закончится, ясно?
- Но... – девушка попыталась что-то возразить, однако капитан не дал ей такой возможности.
- Никаких «но»! – глаза Джека сверкнули, - Чтобы я тебя во время боя на палубе не видел! Иначе придется тебя запереть, хотя мне бы и не хотелось этого делать. Да и вообще... – он окинул Элен взглядом, - Пожалуй, не стоит тебе появляться на палубе в одиночку. Я приказал команде не трогать тебя, но они пираты, не стоит слишком часто испытывать их терпение.
Глядя на то, как побледнела девушка, Джек подумал, не перегнул ли он палку, но тут же решил, что пусть уж она лучше поволнуется, чем будет расхаживать по кораблю и найдет приключений на свою... голову и не только.
- И что же мне делать? – пролепетала она, - Сидеть тут?
- Нуууу, можно, конечно, и тут, - широко ухмыльнулся Джек, сверкнув всеми зубами, и своими, и приобретенными, - Я возражать не буду! Но готов предоставить вам, сеньорита, и отдельную каюту.
- Да, спасибо... Отдельную было бы лучше... – теперь на смену бледности пришли явно порозовевшие щеки.
- Значит, решено, - кивнул Джек, - И, кстати, мужской костюм тоже не помешает, в нем и удобнее будет. Я посмотрю, что есть в трюме. Но сначала, если не будет возражений, предлагаю позавтракать.
Мысли о камбузе посещали все чаще, да и время от времени возникавшие в животе рези тоже не радовали.
- Да, это было бы замечательно, - Элен улыбнулась, явно стараясь справиться с недавним волнением, - Мне чем-нибудь помочь?
- Нет, цыпа, сиди! – поспешно ответил Джек, - Сейчас все будет сделано.
Капитан скрылся за дверью, а через некоторое время появился матрос, который поставил на стол большой поднос, накрытый крышкой, и забрал грязную посуду. Вслед за ним вернулся и Джек, в руках он держал большую бутыль с вином.
На подносе оказалось все то же копченое мясо, нарезанное ломтиками, сыр и хлеб. Наполнив вином бокалы, Джек улыбнулся:
- За недавнюю победу!
Элен улыбнулась в ответ и, пригубив вино, спросила:
- А кто на нас напал? Это были военные?
- Можно и так сказать, - кивнул Джек, сооружая себе бутерброд, - Это был корабль Ост-Индской торговой компании, а они в этих водах всем заправляют. И военными в том числе.
- Понятно, - задумчиво ответила девушка, - Приходилось с ними сталкиваться... А почему они напали? Они на всех пиратов охотятся?
- На всех, конечно, - Джек уже успел проглотить один сэндвич, и принялся за второй, - Но ко мне, боюсь, у них особый интерес...
Он на мгновение замолчал, но решил, что, в сущности, нет причин что-то скрывать от этой девушки. Не похожа она на подосланную шпионку, да если даже и так, наверняка Компании давно все известно.
- У меня, цыпа, видишь ли, давнее знакомство и с компанией, и с ее нынешним главой, Бекеттом. Не слишком для меня приятное, надо сказать. Поэтому я чаще всего нападаю именно на корабли компании, особенно на те, что перевозят рабов...
- Рабство – это отвратительно, - кивнула Элен, - Как может один человек владеть другим, словно животным? Это ужасно.
- Рад, что ты так думаешь, цыпа, - улыбнулся Джек и продолжил: - А, кроме того, даже ни на кого не нападая, я умудряюсь прищемить Бекетту хвост.
В ответ на вопросительный взгляд девушки он хитро прищурился:
- Контрабанда! Я всего лишь провожу перед носом у Компании ценные грузы, и в итоге все живы и здоровы, я с прибылью в кармане, а Компания в убытке. По-моему, неплохо?
- Действительно, - рассмеялась Элен, - А я-то думала, что пираты только грабят и убивают!
- Ну, так то обычные пираты, - помахал рукой в воздухе Джек, - А я – капитан Джек Воробей!
Он, прищурившись, откинулся на спинку стула и посмотрел на девушку, но, встретив ее сияющий взгляд, вдруг с изумление понял, что чувствует себя смущенным. Кашлянув, Джек поспешил глотнуть вина, чтобы скрыть это секундное замешательство. После чего он, отодвинув стул, поднялся из-за стола.
- Цыпа, если ты уже позавтракала, то самое время подыскать тебе подходящую каюту.
- Да, конечно, - Элен тоже поспешно встала, - Меня устроит и совсем небольшая. Только... – она немного смущенно посмотрела на Джека, - Желательно, чтобы она запиралась...
После недавнего разговора Элен вдруг очень явственно почувствовала себя обладательницей девичьей чести, терять которую совершенно не хотелось.
- Что-нибудь придумаем, - кивнул Джек, а потом усмехнулся, - А больших кают, кроме капитанской, тут и нет.
Когда они вышли на палубу, Джек на несколько минут покинул Элен для того, чтобы подняться на мостик и проверить курс. Затем они спустились в кубрик, где сейчас спали матросы, несшие ночную вахту, а также те, кого ранило в недавнем сражении. Но Джек повел девушку дальше, к кладовым, в которых хранились припасы и ценный груз. Немного подумав, словно прикидывая что-то или вспоминая, Джек отпер одним из висевших у него на поясе ключей небольшую дверь. За ней оказалась маленькая, но светлая комнатка – в борту было прорезано окошко. Из мебели имелась только закрепленная в переборке лавка, выполнявшая, по всей видимости, роль кровати, и деревянный стол, ножки которого были прибиты к палубе. Углы небольшой каюты были покрыты пыльными паутинами.
- Ну что цыпа, нравится? – хитро прищурился Джек и, дождавшись ее неуверенного кивка, продолжил, - Не беспокойся, сейчас я пришлю пару матросов, они здесь уберут и принесут все необходимое. А вот это – тебе.
И, отцепив от общей связки, Джек с торжественным выражением лица вручил Элен ключ от каюты.


Вы здесь » Фанфикшн » "Пираты Карибского моря" » Название пока не придумалось)))